Давно я, как говорится, шашками не стучал по высокому искусству. Казалось бы, чего проще, пересказывать время от время небольшие кусочки текстов про картины; ан нет, начнёшь про одно читать, другое зацепится, и мысли быстро растекаются, наполняя неподъёмные вёдра, бочки и цистерны (обычно дёгтем).

Данная работы известна под названием Paradiesgärtlein, что на английский переводится довольно тяжеловесно как Little Garden of Paradise, а на русский можно перевести как "райский садик".



Под стать своему уменьшительно-ласкательному имени, картина это и правда очень маленькая, 34 х 26 см, то есть, чуть больше листа А4; у большинства из вас она заняла бы лишь незначительную часть поверхности экрана монитора.

Тем примечательнее, что она вышла такой детальной - по сути дела, это своеобразный атлас садовой флоры и фауны той местности, где она была написана (Верхний Рейн, то есть, дело могло происходить в каком-нибудь Страсбурге или том же Кольмаре, а непосредственным местом действия мог бы быть, например, Haut-Koenigsbourg).

Но точное место неизвестно, как и точный автор; теперь его так и знают как Meister des Paradiesgärtleins; а хранится картина сейчас в Städel Museum во Франкфурте.

Т.н. "современные учёные" подсчитали, что на этой картине узнаваемо изображены 27 видов садовых растений и цветов, 12 видов птиц и 2 вида насекомых; птиц я решил даже показать.






Common Kingfisher (зимородок)
Great Tit (большая синица)
Golden Oriole (иволга)
Eurasian Bullfinch (снегирь)
Chaffinch (зяблик)
European Robin (зарянка)
Great Spotted Woodpecker (пёстрый дятел)
Bohemian Waxwing (cвиристель)
European Goldfinch (черноголовый щегол)
Long-tailed Tit (длиннохвостая синица)
Blue Tit (лазоревка ?)
Hoopoe (удод)

Во время подготовки постинга неотвратимо случился флэшбак из какого-то природоведения 4 класса. И да, я вроде бы проверял соотвествие подписей всем этим "настоящим" птицам, но не берусь точно судить, что чему соответствует на картине. Никаких надписей на работе нет, намеренно, как мне кажется, чтобы каждый раз у зрителя оставалсь эта вот работа, узнать-угадать. И так уже 500 лет (миниатюра написана около 1410 года)!

Но помимо всей этой детальной ботаники, картина описывает (=показывает) и некое более общее явление, а именно сам феномен такого вот монастырского (или шире, замкового, сада). Тут авторы сообщают примерно следущее: практика сада как места отдыха, как оно практиковалось в Риме (и на Востоке), была в Европе утрачена, и лишь в позднем средневековье постепенно стала восстанавливаться.

Сады за стенами замков сначала использовались для сельхоз работ



Потом, и особенно в монастырских садах, сады стали преимущественно использоваться для выращивания целебных трав (многие из которых были заодно и цветами)



и лишь потом возник замковый сад как место для разнообразных утех



со своими правилами как разбивки, так и поведения в оных.


Но для любого зрителя тех времён было ясно, что картина это не только про садик, точнее, не столько про садик. И изображены на ней не праздные обитатели замка, а вполне определённые персонажи - например, Мария и Иисус.



Практически всё тут, любая деталь, совершенно не случайны, а точно следуют писанным и неписанным канонам, которые были понятно тогда всем "без слов", а нам сейчас толком неясны и с ними. "Без слов" тут очень важный момент, так как народонаселение в основном и было необразованным, тогда как визуальный язык могли (с некоторой помощью) понимать все.

Поэтому такие работы были и инструментами передачи знаний, и постоянного их воспроизведения, путём разговоров и пересудов по поводу всех этих визуальных репрезентаций. "Вот это Мария, видишь, она в короне, платье у неё синее (потому-то и потому-то), а книга красная (потому-то и потому-то). Она выше всех (потому что...)", и так далее, много-много раз.

И так про всё и про всех - рассказы-утверждения, пересказы-подтверждения: такие картинки работали как теологические трактаты, причём понятные широким массам.

Кстати, изображение юного Христа с музыкальным инструментом до сих пор является загадкой; ни в одном их библейских текстов ничего такого не упоминается. Но к тому времени метфорические толкования были уже прекрасно разработаны, и такой образ мог читаться и как отсыл к возвышеной духовности в целом, так и на конкретную роль Иисуса в деле настройки человеческих душ - "Manyfold joys Lord Jesus brings, to souls he is the sound of strings".

Кстати к этому кстати, совсем недавно, когда мы были в Wallraf-Richartz Museum, я увидел там одну совсем небольшую картину с ещё более юным Христом-музыкантом.



Точно так же были всем ясны, безо всяких подписей и объяснений, и имена и роли всех остальных персонажей на картине (а мы сейчас уже только предполагаем и гадаем).

Так, сейчас считается, что ближе всего к младенцу Христу сидит Святая Екатерина (Saint Catherine, Екатерина Александрийская в русской православной традиции). Девушка с ковшиком - вероятнее всего, Святая Варвара (Saint Barbara, Варвара Илиопольская), которая, помимо многих других вещей, могла вновь наполнять водой высохшие источники).



Девушка, собирающая вишни - Святая Дорофея (Saint Dorothea - хотя в оригинале она перед смертью получает с небес корзинку с яблоками, а не вишнями).



С мужчинами даже и нам понятно - с красивыми крыльями изображался архангел Гавриил (Gabriel) - он ещё и прижал к ногтю поверженного демона (маленькая обезьянка - это именно он). Мужчина в красивых доспехах (и с едва заметным мечом - это Святой Георгий (Saint George), он уже забил дракона, и тот валяется жалким цыплёнком у его ног. Личность третьего мужского персонажа точно не установлена, но большинство комментаторов сходится на том, что это Святой Освальд (Oswald of Northumbria) - у его ног изображён ворон (на этом фрагменте его не видно).




Интересно, что вот этот странный пенёк почти в самом центре картины является на самом деле тем самым Деревом Жизни, яблоком с которого змей угостил Еву, а потом всё и покатилось. В Библии, по-моему, не сказано прямо, что стало с потом деревом - досталось змею и земле (она перестала сама давать рост растениями, её нужно стало возделывать), но про дерево ничего не говорится. Тут дерево показано как бы и засохшим, но и давшим рост новым "росткам надежды".

Итак, все персонажи, все детали и их отношения друг с другом прописаны, чтобы потом неоднократно проговариваться, вновь и вновь воссоздавая заложенные в них значения и смыслы. Но что эта вся сцена означает в целом-то?

И тут как раз всплывает сабджект, про Multilayered Meanings. Означать она может много вещей сразу, причём одновременно. Это и защищёный замоком сад - но и райский сад - и само тело Марии, в котором находится Иисус. Стены замка-сада означают защиту, но и невинность Марии. Она и Царица небесная, но и сами эти небеса, внутри которых (=внутри неё) найдут потом усладу и покой души спасшихся. "A garden inclosed is my sister, is my spouse" поёт царь Соломон.

Нам трудно справляться с такой множественностью смыслов. Современная культура натаскивает нас на их однозначность - А означет Б, если X, то Y. Здесь задача - убить неопределённость, убрать сложность, снизить шум. Так положено думать т.н. "современным учёным".



Не то культура множественных смыслов, fused meanings, blended identities.



Здесь А означает Б, но и В, и Г, и Д, и если вы найдёте ещё какую букву, то только в кассу. Чем больше, тем лучше, и все они правы одновременно, и даже не правоте дело, а в их бесконечных (за)игрываниях друг с другом, порождающем всё новые и новые миры смыслов.

Мне кажется, у нас сейчас нет практик и институтов, которые бы готовили к такого рода играм - наускусству (тут я пытаюсь на ходу перевести концепцию ArtScience, из недавно вышедшей книги Artscience: Creativity in the Post-Google Generation.