Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

cea pro choice

Future Mapping



Голландское издательство Glagoslav Publications выпустило перевод книги Дмитрия Глуховского Метро-2033, намолотив по таком делу даже целый - если не сайт, то подсайт - Metro-2033

[ Короткое отступление про издательство: оно совсем молодое, и маленькое; как я понимаю, это проект нескольких эмигрантов из Славянского Союза, которые пытаются издавать т.н. "славянских" авторов (Россия, Украина, Беларусь) и/или про "славянских" темы и события. Его кентравическое название - от желания  вместить в один флакон "глагол" и "славяне"; знакомый голландец сказал, что ничего кроме исковерканного Glasgow он там с разбега не видит, а если начинает всматриваться, то тут же Gulagoslav получается.  Мы как-то встречались с руководителем, там и не поняли, то ли это чистый pull, то ли какой-то нечистый push -  но в контексте этого постинга это неважно. ]

В контексте постинга важно, пожалуй, заметить, что я Солженицина Глуховского не читал, но осуждаю имею своих два цента с точки зрения профессионального футоролога.  Забавно, кстати, что про Глуховского и его книжку (-и даже) я впервые узнал из выступления Henry Jenkins-a, году этак в 2008м, да ещё в Ванкувере. Дженкинс (который, помимо всего прочего, занимался феноменом фанфиков, таких версий авторских текстов, создаваемых фанами) приводил пример Глуховского как "вот даже и до России докатился этот феномен". Причём приводил позитивно, что вот, мол, посмотрите как новое поколение писателей не только приветствует фанфики, но и активно строит свои бизнес-модели вокруг него (феномена), а старое (например, Роулинг), ничего в феномене не понимает и даже с ним борется.

Примерно в то же время я бегло просмотрел какие-то куски текста, найденные по всяким сетесекам; помню, что совершенно не впечатлился там ничем, всё было какое-то ходульное, вторичное и невкусное в смысле языка. Но самое удручающее было в том, что отовсюду лезла Москва примерно конца 1990х, как раз, когда мы оттуда уехали - какие-то "коммунисты", враждующие с "нацистами", Старые Профессора, сражающиеся с Новыми Бизнесменами итп.  Чё-то какое-то нафталиновое у него будущее, подумалось мне.

Единственным, что запомнилось, было метро - которое, на мой (недопрочитанный, повторю) взгляд, и является главным героем книги. Вот все эти бесконечные переходы под землёй от одной станции к другой - причём, станции-то все знакомые, там жил, тут учился - вот это всё было забавно. Роман-то, по сути дела, для москвичей only; даже, точнее, не для москвичей, а для понаехавших, у которых ещё свеж в памяти процесс открытия для себя этого огромного подземного мира. 

Короче, книгу я быстро забросил, и забыл. А тут вот перевод - в связи с которым я что-то такое по-быстрому освежил, почитал -  и про саму книгу, и про т.н. культ вокруг, но на уровне википедии, не больше. Похоже, прав был Дженкинс, фанфиковость там просто в самом центре всего; что здорово, конечно.

Но тут я представил себе среднего голландца, читающего эту книгу сейчас, в 2012 году (то есть примерно за год до Взрыва в книге, который в случается там в 2013). (Может быть, одного такого голландца мы и сами создадим, у нас есть знакомые, живо интересующиеся всем российским; подарим им книгу, спросим потом, как оно всё им показалось).

Так вот, в этой книге тогда под землю-то должно уйти то общество, которе сейчас в Москве живёт, circa 2012. Пост-рокировочное, пост-Болтное, пост-PussyRiot-ное, всё Поднимающееся С Колен и находящееся в самом, так сказать, эпицентре Православного Ренесанса.  Нетрудно догадаться, что всех этих нюансов в книге нет (хотя, может быть, есть в фанфиках уже, но я так далеко не изучал).  

Это к тому, что проще простого форекастить про 2030, а про 2050 вообще раз плюнуть. Но представить себе 2010-й год из 2005-го -  ужасно сложно, практически невозможно. Возможно только сейчас, задним числом, офигеть от того, как быстро и как сильно всё поменялось.  И даже после этого всё равно невозможно даже подумать, что в 2017м снова всё опять будет сильно-сильно другим - и непредсказуемо-другим. 

С другой стороны - пишите плохие фантастические книги, они нам всем потом очень пригодятся для бенчмаркинга!

cea pro choice

О нераскрытии объёмов



Это один из 12 фрагментов-панелей малоизвестной работы Питера Брейгеля "Двенадцать Пословиц" (Pieter Bruegel / Twaalf Spreuken op Borden). Точнее, менее известной работы, по сравнению с его же блокбастерными Пословицами.

Проиллюстрированной тут голландской пословицей является вот какая: Rozen voor de zwijnen werpen, Кидать розы свиньям (предполагается, конечно, что этого не следует делать). Интересно, что и приведённый французский вариант тоже про розы - Semer des roses devant les pourceaux.  

Интересно это потому, что в немецкой версии уже не розы -  Die Perlen vor die Säue werfen  (кстати, стоит отметить, что использовано не нейтральное "свиньи", Schwein, a именно "свиноматки", sows по-английски).  И ещё стоит отметить, что Perlen в немецком - это чаще не жемчуг, а просто beads, бусы.

Английская версия - To cast pearls before swine - уже совсем-совсем похожа на русскую, в которой жемчуг плавно превращается в бисер. 

Таким образом, рисунок,строго говоря, не иллюстрирует ни русскую, ни английскую, ни немецкую поговорки.  Которые, если задуматься, очень странные на самом деле: непонятно, в каком из возможных миров кому-то может прийти в голову метание бисера ли, жемчуга ли свиньям? С другой стороны, неясно и в какой ситуации и перед кем вообще можно/нужно метать тот же жемчуг. Вы, например, когда в последний раз метали?

В версии с розами ситуация как-то понятнее - наверное, свиней надо кормить отрубями какими-нибудь, а розами их не надо кормить; мало того, что это дорого, они ещё и уколоться могут. То есть, это как бы забота о свиньях.

Хотя - понятнее-то понятнее, но зато дальше от первоисточника:

"Do not give what is holy to dogs; and do not throw your pearls before swine, or they will trample them under foot and turn and maul you". - Matthew 7.6

"Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга [церк.-слав. = бисера] вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас»(Матф.,7.6).


Быть растерзанным свиньями не есть приятное дело, как нам убедительно показали в кинокартине Hannibal. Таким образом, если дочитать до конца эту какбэ пословицу-поговорку (а на самом деле фрагмент Нагорной проповоди, в пересказе Св. Матфея), то она становится заботой не о свиньях, а о вас; лучше бы вам с ними, со свиньями, не связываться.


Что тоже, конечно, сильно отличается от распространённого общебытового толкования, что-то вроде "нечего перед дураками разоряться, они (=дураки) всё равно не поймут, а вы время потеряете, а то и нервы".  (А с другой стороны - а что, если у меня много их, времени & нервы? Что, если у меня этого гуталина бисера - завались? Чего бы мне его не поразбрасывать, если не жалко?) 

Вообщем, нелёгкая это работа, толкование библейских текстов и толкований библейских текстов же. Неслучайно, что не я один запутался:

 

ЗЫ: Ещё некоторые говорят, что под "свиньями" имелись в виду вселившиеся в них демоны, а розами стали rosary, разновидность католических чёток. 

 
cea bue

Ала қойлар



Лев пестрых не взлюбил овец.
Их просто бы ему перевести не трудно;
Но это было бы неправосудно — 
Он не на то в лесах носил венец,
Чтоб подданных душить, но им давать расправу;
А видеть пеструю овцу терпенья нет!
Как сбыть их и сберечь свою на свете славу?

И вот к себе зовет
Медведя он с Лисою на совет — 
И им за тайну открывает,
Что, видя пеструю овцу, он всякий раз
Глазами целый день страдает,
И что придет ему совсем лишиться глаз,
И, как такой беде помочь, совсем не знает.
«Всесильный Лев!» — сказал, насупяся, Медведь:
«На что тут много разговоров?
Вели без дальних сборов
Овец передушить. Кому о них жалеть?»

Лиса, увидевши, что Лев нахмурил брови,
Смиренно говорит: «О, царь! наш добрый царь!
Ты верно запретишь гнать эту бедну тварь — 
И не прольешь невинной крови.
Осмелюсь я совет иной произнести:
Дай повеленье ты луга им отвести,
Где б был обильный корм для маток
И где бы поскакать, побегать для ягняток;
А так как в пастухах у нас здесь недостаток,
То прикажи овец волкам пасти.
Не знаю, как-то мне сдается,
Что род их сам собой переведется.
А между тем пускай блаженствуют оне;
И что б ни сделалось, ты будешь в стороне».

Лисицы мнение в совете силу взяло,— 
И так удачно в ход пошло, что, наконец,
Не только пестрых там овец — 
И гладких стало мало.

Какие ж у зверей пошли на это толки?— 
Что Лев бы и хорош, да все злодеи космонавты.

ЗЫ: История возникновения этого постинга причудливая, многоцветная. Я наткнулся у 802_11 на лингвистическую памятку молодому #оккупанту Абая, которая включала в себя и перевод старинного русского слова "хипстер" на казахский, как сенқойлар (хотя точнее это произносится как сœнқойлар), что чаще значит  "своенравную овцы", "саму себе на уме овцу" или что-то в этом роде, но в литературном казахском (как мне сообщила та же [info]802_11) означает ещё и "франт". 

Тут мне конечно вспомнился знаменитый перевод #Абая басни Крылова Ала қойлар, Пёстрая овца, так феерично напоминающей события интересного литературного текста (приведёного выше и ни на что не намекающего ни пёстрым, ни гладким, ни прочим городским овцам).

cea pro choice

Scan Art



Чтобы не таскать туда-сюда из библиотеки тяжёлые арт-альбомы, купил себе простенький портативный сканер. Милое дело; требуется, конечно, некоторая ловкость рук, но в целом очень неплохо всё сканируется. Отдельный бонус - возможность делать разнообразный scan-art, буду вас тут какое-то время им мучить.

Для далёких от выского искусства - это одна из акварелей Дюрера (офигенно прекрасные, если кто не видел - must see и всё такое).  А работа Уэйна Тибо (Wayne Thiebaud) ниже - просто так, до кучи, в жанре рифмованных картинок.  Называется Diagonal Ridge (1968) (и это не сканарт).



    
cea pro choice

Зазывая взглядом гнойным, пеной желтых сиплых губ



Если бы меня спросили, кто мог сделать такой римейк Кранаха, я бы никогда не подумал про имя, то ли нарисованное, то ли выцарапанное на досточке - Burliuk. Еще точнее, я бы вообще ничего визуального не смог придумать в ответ на это имя.

Какая-то со мной случилась лакуна; у меня имя Бурлюка слиплось в одном кластере примерно с Демьяным Бедным каким-нибудь, может, с Маяковским, и было почему-то только "про стихи". А про биографию было вообще какое-то белое пятно.

А она у него была позакрученне любого авантюрно-приключенческого романа, и таки содержала много живописи тоже; то есть, он как раз был больше художник, чем поэт/писатель. Да ещё и имел с десяток всяких "периодов" и "этапов", довольно сильно отличающихся друг от другу, "не хуже" Пикассо какого-нибудь. И всё это до сегодняшнего дня было совершенно вне моей ЗБР; теперь как бы в ней, дорогой.

Подкатом несколько картин, никакой попытки чего-то репрезентировать, просто что попало под руку; я их там ставлю не очень большого размера, но линки ведут на чуть более крупные картинки.


Collapse )
cea c

Art in Details in Details



Я хотел было привести пример того, что я описал в прошлом постинге как "музей (или разбор) одной картины", используя для этого образцы из замечательного издания Masterpieces in Details. Мне казалось, что я уже хвастался тут тем, что купил недавно эту книгу (даже две, это двухтомник, под катом -Collapse )Collapse )

Я пишу "уже двухтомного", но на самом деле я не очень точно знаю историю этого издания - было ли так, что число рассказов про картины росло (в первом издании было всего 32 картины, потом 50, потом почти 80), и их решили разделить на два тома, или же издательство Taschen одновременно издавало и однотомную, и двухтомные версии - не знаю.

Помню, что мне тогда книга и понравилась, и насторожила. Она сильно отличалась от обычного арт-популяризаторского издания такого рода, не была рассказом про какого-то одного автора, или эпоху, или стиль. Скорее, это такая разношерстная коллекция историй про самые разные картины - и очень известные, мегахитовые шедевры, и менее известные вещи известных художников, и вещи совсем почти неизвестные (мне, по крайней мере).

Общим для всех историй является подход, методология описания работ: авторы очень живо рассказывают про то, что в рецензиях называется socio-historical context, то есть, всякие разные интересные факты вокруг и около или самой работы, или художника или истории её создания и восприятия публикой. Это редко касается узкого арт-контекста (техника, цвет, композиция итп), гораздо чаще это коротий, но очень поучительный рассказ про более широкую историческую, политическую, экономическую или этнографическую ситуацию, связанную с картиной (на самом деле всегда какая-то смесь из этих вещей). Если использовать психологическую лексику, то авторов интересует "функция" каждой работы - для чего/кого она создавалась, в какие мотивационные поля была вплетена (хотя они таких слов не используют, конечно).

Характерным визуальным штрихом этих рассказов/показов всех картин являются "прямоугольнички" - в каждой картине выбирается несколько деталей (4-6), которые служат опорными точками для истории. Мне кажется, авторы не сразу стали использовать этот приём, по крайней мере, сначала он был не во всех историях, но со временем он стал универсальным узнаваемым маркером всех их рассказов (хотя его "графический интерфейс" всё время немного менялся - то это было серые фрагменты на сером фоне, то серые на цветом, то цветные на сером).



Как я понимаю, книга (-и) быстро стали популярными, и неоднократно переиздавались, и однотомными, и двухтомными и даже трёхтомными версиями (paperback). Мнения "простого народа" были самые восторженные, все, как один, говорили, что эти рассказы реально меняли понимание людьми не только каких-то отдельных картин, но и искусства искусства, а заодно и истории в целом. Почти в каждом их рассказе и действительно есть сильный момент before & after, почти каждый сильно меняет имевшееся до этого понимание картины, а то и целой исторической эпохи.

Но я читал и критику, в основном от "серьёзных экспертов": что мол де многие выводы авторов довольно проблематичные, и вообще там плохо с источниками, откуда они всё это знают итп. Типа, пойдёт для попсового издательства класса Taschen, но 'настоящие пацаны' с таким работать не будут. И ещё был интересный момент-вопрос - а кто авторы-то? В изданиях приводитсяCollapse )но она такая приводится без изменения вот уже десять лет. В сети про них нет ничего (!), ни фотографий, ни интервью, ни выступлений на конференциях (хотя бы книжных). И это при том, что сама Rose-Marie автор ещё нескольких книг по истории искусства. Закрадывается подозрение, что это либо такой псевдоним для команды ghost writers, либо какой-то известный автор, который не хочет пока светиться (типа, Umberto Eco какой-нибудь).

Может, поддавшись на эту критику, я не купил юбилейное издание, выпущенное к 25-летию издательства (да оно и не очень дешёвое было).



Но вот, теперь это всё в прошлом, теперь у меня есть роскошный двухтомник, в котором собрано уже сто (!) историй, которые мы с упоением читаем (и многие из которых мне очень хочется пересказать и тут). В этом издании, кстати, источников-то и правда нет, вообще какой-либо справочный аппарат отсутствует (в первых изданиях это всё было, в противоположность тому, что заявляли критики). А теперь и не перепроверишь (а многие вещи очень хочется, настолько они расходятся с привычными представлениями). Не всё там можно принимать на правду, и со многим хочется спорить - но так в этом-то и прелесть, что история искусства становится внезапно интересной, как исторический детектив, а не как скучнейшая лекция хардкорного искусствоведа.

ЗЫ: Как я узнал, планируется выход русскоязычного издания.
cea pro choice

Scientific Visualization of Science



На днях прикупилась ужасно интересная книжка, Atlas of Science: Visualizing What We Know - это ссылка на Амазон, а вот тут есть небольшая брошюра (pdf), показывающая оглавление и несколько страниц-образцов.

Это и правда атлас, то есть, большой, с огромными иллюстрациями карт и других визуальных репрезентаций, так их назовём. Но это не просто обычный атлас-кроссавчег, которых сейчас много издают, и которые используются в основном как table-books, как книги для "показать гостям, что есть".

На самом деле это издание лучше было бы назвать энциклопедией, очень подробным собранием и довольно детальным описанием многочисленных попыток визуализаций знания, причём, не просто отдельных областей, а мета-знания, знания о знании; если бы они не побоялись умных слов, то эту книжку можно было бы назвать "Гносеографическим атласом" (Искомая комбинация слов нигде не встречается, кстати).



Несмотря на поразительную красоту, эта книжка не для "пролистать и забыть", а для "медленно читать и много думать". И да, в очередной раз убеждаюсь, что бумажный формат совершенно уже никуда не годится, особенно для таких проектов. Все эти роскошные визуализации хочется зуммировать, крутить, вертить, а ещё лучше - прямо в них и пребывать. Это вот для таких проектов надо бы закупать iPad, при условии, конечно, что его в нём сделают. А ещё лучше - сразу какие-нибудь вот такие HIS-ы (Human-Information Spaces):



зы: Картинки взяты из небольшой статьи c большим названием - An Advanced Analytical Environment for Scientific Discovery within Continuous, Time-Varying Data-Streams (pdf)

pps: Возможно, стоит добавить, что книга вышла по следам выставки, точнее даже, серии выставок - подробнее можно почитать на их сайте Places & Spaces: Mapping Science
cea pro choice

BRODSKY T00



Бродский - мой самый любимый поэт, абсолютный гений, никто, типа, лучше его поэзии не создал и не создаст. Я знаю, что многие, так сказать, пользователи русского языка войдут в некий резонанс с такой оценкой (хотя, может и не купят её полностью).

При этом я не знаю лично ни одного иностранца с родным английским, которому бы Бродский понравился хоть чуть-чуть. Более того, многие могут вполне согласиться с таким приговором (который попадается при первом же поиске на translating Brodsky):

"Joseph Brodsky is a perfect example of a mediocrity that got acclaim elsewhere who cruised to American renown. His poems in English are utter doggerel, while his ‘translations’ of his own Russian poems, while slightly better, show no original thoughts nor experimentation with form, sound, nor idea. In short he is a cardboard cutout of what a poet should be."

Ok, Dan Schneider - известный en·fant ter·ri·ble, но что же там такое могло случиться с "his ‘translations’ of his own poems", что такие перлы появляются?

Север крошит металл, но щадит стекло.
Учит гортань проговорить «впусти».
Холод меня воспитал и вложил перо
В пальцы, чтоб их согреть в горсти.

Какой из переводов ниже "хороший"? Есть ли такой вообще? Какой из них самого Бродского? Совпадает ли первое и последнее?

@
The North crushes metal, spares glass; its calm
plea “Let me in” smoothes the throats of men.
The cold brought me up, and to warm my palm
gathered my fingers around a pen.
%
The North crushes metal but leaves glass intact,
teaches the throat to utter: Let me in!
The cold raised me and placed in my hand
a pen to warm my clenched fist.
#
The North buckles metal, glass it won’t harm;
teaches the throat to say, “Let me in.”
I was raised by the cold that, to warm my palm,
gathered my fingers around a pen.



О многом побудила задуматься недавно написанная (и совсем недавно найденная мной) диссертация "‘Post-horse of Civilisation’: Joseph Brodsky translating Joseph Brodsky. Towards a New Theory of Russian-English Poetry Translation." (по ссылке можно найти весь текст, почти 270 стр). Я пока не прочитал, а скорее только пролистал (проскролил), очень много интересных данных про переводческую сторону ИБ, но и не только. Автор (некто Zakhar Ishov) считает, что он доказал, что поэзию таки можно переводить с одного языка на другой так, чтобы не выплеснуть всё, что можно, по пути.


ЗЫ: Разыскивается хороший перевод

Никто никогда ничего не знает наверняка.
Глядя в широкую, плотную спину проводника,
думай, что смотришь в будущее, и держись
от него по возможности на расстояньи. Жизнь
в сущности есть расстояние - между сегодня и
завтра, иначе - будущим. И убыстрять свои
шаги стоит, только ежели кто гонится по тропе
сзади: убийца, грабители, прошлое и т. п.


ЗЗЫ: Отдельно поразительно почему-то, что ему тоже бы в этом году исполнилось 70.
cea pro choice

Arctic Zizek



На обложке последней книги Жижека (Slavoj Zizek, Living in the End Times) используется та же картина, что и на постере, который мы совсем недавно видели в музее гор Месснера.



Никто, случайно, не знает, что это за работа? У меня нет книжки пока, и выставка, про которую был постер (The North Pole - An Arctic Fairytale?), уже закончилась, хвостов не найти.

PS: Пришла подсказка - это картина The Sea of Ice немецкого художника начала 19 века: Caspar David Friedrich



Я ничего не знал про него до этого, хотя две его работы попадались на глаза, и как-то запомнились.

Вот эта картина называется Chalk Cliffs on Rügen, и мне она помнится прекрасным изображением скал, причём именно при взгляде сверху вниз (обычно очень трудно сделать фотографию скал сверху). Тут не очень хорошая копия, но в более удачных копиях (бумажных, которые мне попадались) прекасно видна текстура скал, и перспектива.



Интересно, что с его другой картиной - Wanderer above the Sea of Fog - у меня тоже связаны горно-выствочные ассоциации, она использовалась для буклета выставки (про горы и искусство), которую я видел как-то в Сионе, в Швейцарии.